Яндекс.Метрика

Богатков Борис Андреевич

Борис Андреевич Богатков родился 3 октября 1922 года в Ачинске. Отец, Андрей Михайлович, был партийным работником и часто уезжал в командировки. Мать, Мария Евгеньевна, была преподавателем математики. Борис был единственным и любимым сыном в семье Богатковых. Мальчик рос ласковым, подвижным и любознательным. Родители в любую свободную минуту были с сыном вместе, рассказывали сказки, читали стихи. Борис рано научился читать, а поэтому его первыми друзьями были книги.

Родителям будущий поэт обязан ранним приобщением к литературе. Он зачитывался стихами Пушкина и Лермонтова. Но особое влияние оказала на него романтическая поэзия 20-х годов. Борис пробует писать так же. Кумиром его вскоре становится Маяковский. Из письма краеведа М. И. Павленко: «Видел Бориса в редакции ачинской газеты «Ленинский путь» несколько раз в конце 30-х годов. Бывал он на собраниях литобъединения… Заходил ко мне в кабинет (я был председателем литобъединения) с новыми стихами, за советами. Почти все стихи писал лесенкой (по-маяковски)…»

Детство Бориса Богаткова нельзя назвать счастливым: его мама, Мария Евгеньевна, тяжело заболела, а в 1931 из больницы написала записку сыну: «Милый мой мальчик, золотой мой Бориска, мы уже никогда не увидимся, прощай воробышек мой. Я хочу, чтобы ты не плакал, никогда в жизни. Будь хорошим комсомольцем, мой Боря. Будь хорошим человеком, родной мой соколик».

После смерти матери на воспитание взяла его к себе Татьяна Евгеньевна Зыкова, тоже учительница. Борис приехал в Новосибирск и поселился в семье Зыковых, пошёл в местную школу во второй класс. «Он был весёлым, остроумным и талантливым, выдумывал игры, сочинял статьи и стихи в школьную стенгазету и даже написал целую поэму по случаю мороза, холодных классов и замёрзших ученических носов… А весной, когда шумели талые воды, убегал он, высокий и белобрысый, с мальчишками после уроков на Тептятку, что рядом со второй школой…» — заметка «Совершеннолетие», посвященная забытому поэту Борису Богаткову, была напечатана в 1975 году в ачинской газете «Ленинский путь» - газете, где в 1939 году состоялся литературный дебют Бориса. В этой газете было опубликовано 12 стихотворений, один рассказ и небольшая заметка. А ещё за год до первой публикации юный поэт принял участие во Всесоюзном смотре детского литературного творчества. За поэму «Дума о красном флаге» автора наградили грамотой.

В стихах начинающего поэта ощущается романтика недалёкого исторического прошлого, осознание своего места в будущей схватке с врагом:

…Вспоминаю с гордостью теперь я
Про рассказы своего отца.
Самому мне Родина доверит
Славное оружие бойца.
Встану я, решительный и зоркий,
На родном советском рубеже
С кимовским значком на гимнастёрке,
С лёгкою винтовкою в руке.

В таком же романтически-пафосном ключе написаны и другие стихотворения юношеских лет.

После окончания школы Борис учится в автодорожном техникуме, строит дороги, не забывает поэзию. Вскоре уезжает в Москву. Днём трудится на строительстве метрополитена, вечером учится в Литературном институте имени А. М. Горького.  В то время при «Комсомольской правде» был создан совет поэзии, руководимый Антокольским, туда и пришел Борис, совмещая и работу и учёбу и встречи совета.

Начавшаяся Великая Отечественная война определила дальнейшую судьбу Богаткова — он записывается добровольцем на фронт. Тогда же рождается его стихотворение «Годен!»:

Всё с утра идёт чредой обычной.
Будничный осенний день столичный,
Славный день упорного труда.
Мчат троллейбусы, гремят трамваи,
Зов гудков доносится с окраин,
Торопливы толпы, как всегда.
Но сегодня и прохожим в лица,
И на здания родной столицы
С чувствами особыми гляжу,
А бойцов дарю улыбкой братской:
Я последний раз в одежде штатской
Под военным небом прохожу!..

Но прежде чем побывать в бою, Богатков получает контузию — их эшелон попадает под бомбёжку. Бориса отправляют в госпиталь, он становится негоден к службе в армии. Но рук не опускает — упорно тренируется, работает над собой. Вернувшись в Новосибирск, он сближается с местными писателями: Василием Фёдоровым, Александром Смердовым, Елизаветой Стюарт, Афанасием КоптеловымПоследнему Борис Богатков запомнился таким: «Сероглазый, светловолосый, немножко медлительный, он был на редкость простым, мягким и задушевным человеком. Он нем говорили: «Скромный, как красна девица». К этому можно добавить: честный, как сама правда».

Стихи, песни, злые частушки Бориса Богаткова появлялись в окружной военной газете «Красноармейская звезда», звучали в сатирических радиопередачах «Огонь по врагу». Новосибирцы с удовольствием читали стихотворные фельетоны Ферапонта Меткого (такой псевдоним придумал себе Борис). Например, о налете нашей авиации на немецкие города Ферапонт сообщал так: «Посылочки английские, подарочки советские на головы арийские, на города немецкие…»

Богатков работал и в «Окнах ТАСС». Он равнялся на Маяковского и всегда говорил (как вспоминал в своем очерке Николай Мейсак): «…Если твоя строчка сегодня вдохновила рабочего, если он, прочтя твои стихи, сделал лишний снаряд — ты, поэт, можешь чувствовать себя счастливым!»

Всё это время Богатков настойчиво добивался возвращения на фронт, втайне ходил на курсы снайперов. И достиг своего: в январе 1943 года, несмотря на запреты медиков, Богатков отправляется на фронт. Его зачислили в 62-й Новосибирский полк командиром отделения. Вскоре он получил звание старшего сержанта и возглавил взвод автоматчиков.

Борис часто писал письма своим новосибирским друзьям-поэтам. Но в них никогда не было «ни единой нотки тоски или усталости, ни единой жалобы на трудную судьбу. Радостью, любовью к жизни, каким-то удивительно светлым мироощущением пронизаны эти листки со штампом «Полевая почта», — вспоминал Николай Мейсак. За месяц до своей смерти Богатков написал письмо Елизавете Стюарт, в котором просил прислать сборник ее стихов «Будущие города». Спустя 12 лет после его смерти Стюарт напишет стихотворение «Бессмертие», посвященное «герою, солдату, поэту».

В августе 1943 года гвардейская Сибирская добровольческая дивизия вышла на дальние подступы к Смоленску. Нашим войскам предстояло штурмом взять сильно укрепленные противником Гнездиловские высоты недалеко от станции Павлиново. Это несколько линий траншей, противотанковые рвы, заграждения из колючей проволоки, минные поля, более двухсот огневых точек. Новосибирскому полку приказано было взять самую укрепленную 233-ю высоту. Дважды автоматчики шли в атаку, и дважды прижимал их бешеный огонь к земле. И вдруг солдаты увидели, как без каски поднялся в полный рост гвардии старший сержант Борис Богатков и, скомандовав «запевай!», пошел в атаку. Он все громче пел свою песню:

Всё, гвардеец, в боях изведай —
Холод, голод, смертельный риск —
И героем вернись с победой
В славный город Новосибирск!

И вот ее уже подхватили бойцы и с песней ворвались во вражеские траншеи. Борис спрыгнул в окоп, но внезапно ему в спину ударила очередь — раненый немец сумел дотянуться до автомата…

На следующий день вышла листовка о его подвиге: «Вечная слава гвардейцу Борису Богаткову, показавшему в бою богатырский дух и непобедимую силу советских патриотов».

После гибели Бориса Богаткова его тетради и блокноты со стихами переслали в Новосибирск Николаю Мейсаку. Стихи были опубликованы в различных сборниках. А Западно-Сибирское книжное издательство выпустило в свет «Единственную книгу» со всеми стихами и письмами Бориса, воспоминаниями о нем. Богатков посмертно был принят в члены Союза писателей СССР.

В 1972 году в Новосибирске провели открытый конкурс на проект монумента Борису Богаткову. Средства на сооружение памятника молодежь города заработала на субботниках и воскресниках. Стройку объявили комсомольской. Памятник был открыт 2 июля 1977 года, в день 35-летия формирования 22-й гвардейской Сибирской добровольческой дивизии. На открытие съехались ветераны. Среди них был и писатель Василий Петрович Цеханович — боевой товарищ Бориса Богаткова. Он читал стихи, посвященные своему другу:

Удивительный день.
Неподвластное логике чувство.
И не верю я в смерть!
К нам на праздник пришел Богатков,
Добротою людской,
Животворной водою искусства,
Силой братской любви
Воскрешенный
На веки веков!

В Новосибирске именем поэта названа одна из крупнейших улиц города.

Творчество:

Перед наступлением

Метров двести — совсем немного
Отделяют от нас лесок.
Кажется — велика ль дорога?
Лишь один небольшой бросок.
Только знает наша охрана
Дорога не так близка.
Перед нами — «ничья» поляна,
А враги — у того леска.
В нем таятся фашистские дзоты,
Жестким снегом их занесло.
Вороненые пулеметы
В нашу сторону смотрят зло.
Магазины свинцом набиты,
Часовой не смыкает глаз.
Страх тая, стерегут бандиты
Степь, захваченную у нас;
За врагами я, парень русский,
Наблюдаю, гневно дыша.
Палец твердо лежит на спуске
Безотказного ППШа.
Впереди — города пустые,
Нераспаханные поля.
Тяжко знать, что моя Россия
От того леска — не моя…
Посмотрю на друзей-гвардейцев:
Брови сдвинули, помрачнев,—
Как и мне, им сжимает сердце
Справедливый, священный гнев.
Поклялись мы, что встанем снова
На родимые рубежи!
И в минуты битвы суровой
Нас, гвардейцев, не устрашит
Ливень пуль, сносящий пилотки,
И оживший немецкий дзот…
Только бы прозвучал короткий
Долгожданный приказ: «Вперед!»

 

Возвращение

Пара шагов от стены к окну,
Немного больше в длину —
Ставшая привычной уже
Комнатка на втором этаже.
В нее ты совсем недавно вошел,
Поставил в угол костыль,
Походный мешок опустил на стол,
Смахнул с подоконника пыль
И присел, растворив окно.
Открылся тебе забытый давно
Мир:
Вверху — голубой простор,
Ниже — зеленый двор,
Поодаль,
Где огород, черемухи куст
Цветет…
И вспомнил ты вид из другого жилья:
Разбитые блиндажи,
Задымленные поля
Срезанной пулями ржи.
Плохую погоду —
Солнечный день,
Когда, бросая густую тень,
Хищный «юнкерс» кружил:
Черный крест
На белом кресте,
Свастика на хвосте.
«Юнкерс» камнем
Стремился вниз
И выходил из пике.
Авиабомб пронзительный визг,
Грохот невдалеке;
Вспомнил ты ощутимый щекой
Холод земли сырой,
Соседа, закрывшего голой рукой
Голову в каске стальной,
Пота и пороха крепкий запах…
Вспомнил ты, как небо закрыв
Бесформенным зверем
На огненных лапах
Вздыбился с ревом взрыв.
…Хорошо познав на войне,
Как срок разлуки тяжел,
Ты из госпиталя к жене
Всё-таки не пришел.
И вот ожидаешь ты встречи с ней
В комнатке на этаже втором,
О судьбе и беде своей
Честно сказав письмом.
Ты так поступил, хоть уверен в том,
Что ваша любовь сильна, —
С улыбкой войдет жена
И руки, наполненные теплом,
Протянет к тебе она.

Литература, имеющаяся в фонде библиотеки:

Книги автора:

  • Единственная книга : стихи и письма поэта, воспоминания о нем / Б. Богатков. — Новосибирск : Западно-Сибирское книжное издательство, 1973. — 176 с. — 0.42 р.ББК 84(2Рос)6-5
  • Единственная книга: Стихи и письма поэта, воспоминания о нём / Б. А. Богатков. — Новосибирск : Сибирское предприятие «Наука» АИЦ РАН, 2014. — 210 с. : фот. — 300 экз. — 15.00 р.ББК 84(2Роc)6

Об авторе:

  • Парень из нашего города: 65 лет назад погиб поэт и воин Борис Богатков / подг.текста, Л. Кузменкина // Вечерний Новосибирск. — 2008. - N 155(16 августа). — С. 6.
  • Приказ был выполнен / А. Борзых // Советская Сибирь. — 2010. - N 29(18 февраля). — С. 18ББК 63.3(2)622

Источники: