Александр Денисенко стал лауреатом имени Н.Г. Гарина-Михайловского

Поэт и прозаик Александр Денисенко стал лауреатом литературной премии имени Н.Г. Гарина-Михайловского. В прошлом году у Александра Ивановича вышла книга «Избранное». И вот теперь ещё одна радость. Поздравляем от всей души с заслуженным триумфом!

Читая Денисенко, не устаёшь изумляться каждой строке. Как возможно создавать образы столь глубокие и пронзительные? Такие, что каждое его произведение проживаешь, как целую жизнь — совершенно другую жизнь, в которую тебе позволили заглянуть, окунуться, почувствовать во всей её полноте. И выходишь после этого погружения притихшим, задумчивым и словно осенённым неведомой, светло-печальной благодатью. Что тут скажешь… Талант, перед которым остаётся только преклониться!

Журавли…

На прощание выпью сто граммов
И пойду по деревне брести,
Чтобы каждая встречная рама
Отпустила меня, покрестив.

До свиданья, родные избушки,
До свиданья, родительский дом,
Александра Сергеевича Пушкина
В голове отпечатанный том.

Я открою консервную банку
На траве, за последней избой.
Вся деревня меня спозаранку
Провожать соберётся гурьбой.

Мама с тяпкой придёт с огорода,
Мы простимся у всех на виду.
Знает только родная природа,
Что я больше сюда не приду.

И отец с золотою литовкой,
Победив луговую траву,
Вытрет ветошью, словно винтовку,
И невольно вздохнет про войну.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Лишь когда изношу я шинель
И утрачу души постоянство,
Как транзитный ночной журавель
Над деревней нарушу пространство.

И ударясь тогда о крыльцо
Позолоченной солнцем избушки,
Я, как в детстве, подставлю лицо,
Чтобы птицы клевали веснушки.

Из колодца взглянули глаза:
Всё такая ж вода молодая,
Как в окладе, хранит образа,
Когда пьём их, свои отдавая.

Вот и мой. Он остался в тот день,
Когда я уходил из деревни –
Словно облака быстрая тень
Зацепилась за ветку сирени.

Отцеплю от ведёрка вьюнок,
Что обвил наш журавль из сада,
И достану с водой из-под ног
Два последних родительских взгляда.

***

Вот приехала к нам автолавка:
Бунин, ситец, литовки, трусы…
Бабам – праздник: «узять мулине с городскова прилавка»,
А отец покупает настенные с боем и звоном часы.
И в придачу, конечно, дадут нам еще Голсуорси
И подписку на мрачный журнал «Атеист» –
Джон пущай подождёт, пока мы на корову накосим,
А журнал, помолясь, по ночам вся деревня «запоем» читает
И идет на растопку безбожный, но каждый прочитанный лист..
Эх, тряхнём кошельком: в ход пошли утюги, «шестиклинки»,
Портсигары, «москвички», чулки, ридикюли, «Казбек»…
– Дайте ж нам поскорей в 33 оборота пластинки,
А не то не видать нам, в натуре, в деревне свободы,
а также культуры вовек!!!
Что ж, играйте, часы и замок, и пластинки за милую душу:
Под мелодии ваши мы спать уложили с отцом золотую траву,
И под них на коне вороном волочил я весь день волокуши,
А теперь на зеленке по полю ржаному с улыбкой плыву.
Вдоль столбов телеграфных дорога спускается к речке.
Провод порван… Гроза… И из провода Рыбников песню
поёт
Про Заречную улицу, а с нашей Заречной Татьяна навстречу –
Это я для неё на три года часы переставил вперёд.
Автолавка к нам снова приедет под самую осень…
Я по новым часам на три года уже повзрослел – не салага.
Вот возьму и куплю я для миссис Татьяны роман Голсуорси,
И начнется у нас на всю жизнь деревенская светлая русская
сага.

***

Дед Валера

Умер дед. Семья сидит у тела.
Самый старый дед в селе Мотково,
Самый-самый старый дед Валера
Будет жить на небе голубом.

Дед отцвёл. Про тонкую рябину
Замолчал его аккордеон,
Перед смертью он сходил на почту,
Пацанам раздал аккредитив.

Я-то знал, что деда умирает…
Мы соседи. Через городьбу.
Светлый стал. Глядит невыносимо.
Я сосед его. Колхозный тракторист.

Надо ж быть мальчишкой, кавалером,
Чтоб с такой улыбкой помереть.
Бабы его белым коленкором
Спеленали, будто он родился,
Мужики на белых полотенцах
Отнесли, наверно, в самый рай.

Брат мой, Саша, из пединститута,
Раньше брал у дедушки фольклор,
А теперь сидит, тоскует, курит,
Повторяет: замять… синий цвет…

Так мы дедушку весной и схоронили.
День был серенький, но чей-то самолёт
Прозвенел над тополем, заврался…
Видно, лётчик деревенский был и вот
С нашим дедушкой на небе повстречался.

Ольга Рахвалова
Фото Кристины Кармалиты

Оцените этот материал!
[Оценка: 0